Вечные ценности

Приезжая домой, успокаиваюсь: здесь я навсегда, в других странах лишь временно

Вечные ценности

Приезжая домой, успокаиваюсь: здесь я навсегда, в других странах лишь временно

City Вардуи Хачатрян

Популярность этой страны в мире неуклонно растет, а народ, пройдя сквозь немыслимые испытания, становится только сильнее. Каждый старается сохранить и пронести многовековую историю нации, поделиться ее культурой с мировым сообществом, рассказать о страданиях и радостях, достижениях и мечтах. Язык музыки быстрее находит путь к сердцам людей, особенно если в концертном зале звучит сопрано нашей колумнистки армянской певицы, живущей в Швейцарии, Вардуи Хачатрян.

Я ощущаю себя дома в Армении и только в ней, независимо от того, где живу. До переезда в Швейцарию, где мы оказались из‑за работы мужа, пять лет жила в Италии, на Сицилии. Но как бы ни были прекрасны Долина Храмов в Агридженто и Швейцарские Альпы, для меня нет ничего лучше и роднее любимого Еревана, той улицы, где я родилась, где живут мои родные и друзья. Все яркие детские воспоминания связаны со столицей Армении. Летом семья уезжала на родину мамы — в Сочи, и летний кусочек детства и счастья навсегда связан с этим городом.

Любовь к Родине, с рождения поселившаяся в моей душе, разделила мою сегодняшнюю профессиональную жизнь на две части. Я оперная певица, выступаю и с сольными концертами. Но немалую часть своего времени посвящаю работе в созданной мною организации Avetis, которая занимается распространением армянской культуры в Европе на очень высоком уровне. Мы организуем концерты великих музыкантов, таких как Хатия Буниатишвили, Максим Венгеров, Михаил Плетнев, Ангела Георгиу, Элина Гаранча, они исполняют армянские произведения в лучших европейских залах с прекрасными оркестрами.

Если нет произведения армянского композитора, то обязательно есть армянский исполнитель или какой‑то аспект, связывающий концерт с Арменией. Например, мы делаем Viva, Vivaldi — европейская публика приходит слушать произведения итальянского классика. Мало кто знает о дружбе Вивальди с армянским церковником и о его сочинениях, написанных на армянскую тему, — операх о нашем правителе Тигране II Великом. Мы ставим эти произведения и в программках рассказываем историю страны того периода, когда Армения была расположена среди трех морей. Все это происходит с 2011 года, но размах дело приняло в 2015 году, когда мы заключили контракт с одним из лучших залов Европы — Victoria Hall, Gèneve. Первый наш концерт там мы посвятили столетию геноцида армян. Вступительное слово произнес мэр Женевы, с речью выступил Шарль Азнавур, который в тот период был послом Армении в Швейцарии. Все грандиозные события начались с этого момента, а недавно о нас вышел фильм.

Миллион человек были на улице в Лос-Анджелесе, где на днях выступал наш премьер-министр Никол Пашинян. Я патриот и горжусь тем, что следующий год, возможно, станет Годом Армении. Конечно, вдали от страны я ощущаю ностальгию — чувство, свойственное всем эмигрантам, долгие годы живущим вдали от родины. Приезжая домой, успокаиваюсь: здесь я навсегда, в других странах лишь временно.

Моя квартира, мои лучшие вещи — в Ереване. Дом, оформленный в соответствии с моим вкусом, любимые чашки, бóльшая часть коллекции колокольчиков со всего мира. Хотя треть из нее со мной в Женеве. Где бы я ни была, ищу колокольчики. Когда‑то купила один, и теперь это стало моим хобби: они из бронзы, керамики, венецианского стекла, разных металлов, серебра, мельхиора, глины и даже хрусталя, издающего нежный и длительный мелодичный звон. У каждого свой неповторимый голос, созвучный моему настроению в разные моменты жизни. Каждый хранит воспоминания о городе, где был куплен.

Наверное, собирать такую коллекцию логично — я состою из музыки, и трудно представить себе, чтобы мне было интересно что‑то другое. Служу Храму Культуры в Доме Музыки всю жизнь, это дыхание, то, без чего нельзя, — вне этого пространства не мыслю своего существования. С детства нахожусь в опере: мой отец — бас-баритон, оперный певец и народный артист Армении Альберт Хачатрян. С самых ранних лет он брал меня с собой, и я была влюблена в кулисы: садилась в зале и ждала, пока откроется занавес и начнется спектакль, подчас более яркий и интересный, чем жизнь. Сначала темно, потом вдруг зажигаются люстры, постепенно собирается оркестр, тромбонист разминается, играя гаммы, постепенно все оживает — и начинается спектакль! А потом я ждала, пока отец снимет грим, смотрела, как пустеет зал, выключается свет. Целая жизнь, прожитая за один вечер, — такими были для меня эти дни из детства. Такой продолжает быть и моя собственная жизнь сейчас, но уже по ту сторону оркестровой ямы.

Теперь уже моего появления ждет в зале публика. Один поклонник даже приносит цветы на сцену перед выступлением, заряжая меня энергией. Каким‑то образом это вдохновляет, помогает мгновенно наладить связь с залом уже с первых минут, делает другой меня и зрителей. Цветы и вызовы на бис — это классическая реакция, принятая в европейском обществе и в Армении, наша награда за труд.

Сегодня говорят, что публика, приходящая на классические концерты, стареет, здесь редко увидишь молодежь. Есть даже мнение, что уйдет несколько поколений и некому будет приходить сюда. Но мои наблюдения, опыт и аудитория убеждают меня в обратном. К нам всегда будет приходить публика, и она будет взрослая, потому что до понимания классической музыки нужно дорасти. Не старость, а внутренняя зрелость придет и к тому поколению, которое сейчас слушает рок, поп и другие современные молодежные направления. Им нужна зрелищность, даже в спектаклях, в классике. Обыкновенная опера им не дается. Это нормальный и обычный круговорот духовного развития для любой эпохи.

Конечно, молодежи нужна классика для общего развития. Замечено, что мозг более развит у тех, кто играет на каком‑то музыкальном инструменте. И речь идет не только об эмоциональном интеллекте, но и об уме в обычном понимании. Но для меня молодой человек, который не ходит на классику, вовсе не является потерянным. Это нормально. Очень возможно, что он полюбит эту музыку, когда вырастет. Я слышала много мнений о том, что молодые сегодня не слушают хорошую музыку, не читают хороших книг. Все это в рамках обычного ворчания старшего поколения на отличающееся младшее. Но пока есть родители, которые отведут ребенка за руку учиться играть на фортепиано или на скрипке, все у нас хорошо. В каждом веке, всегда, дом, родители, семья, родина, страна, где родились, — самое ценное, главное, что есть у человека. И музыка стоит в ряду этих вечных ценностей, а потому пребудет с нами всегда.