С закатом идеальной эпохи приходит эпоха неидеальная, возможно, более человечная, ведь все, доведенное до совершенства, скорее, искусственно.Изменившийся мир диктует новые правила. Сохраняя дистанцию со всеми участниками проекта, мы снимали всех героев через FaceTime. Из фотопроекта выросла фотовыставка онлайн, которая теперь звучит эхом по музеям Москвы. Впервые что‑то неидеальное породило значимый проект. Этот новый метод съемки поставил перед нами неожиданный вопрос. Что было не так в прошлой эпохе? Всю жизнь мы стремились к чему‑то идеальному и вдруг оказались в неизвестном нам мире, где стерлись границы между жизнью и смертью, героизмом и будничным выполнением обязанностей, мечтами в ярких упаковках и счастьем просто жить, ставшим привычным осознанием мира без границ и сузившимся пространством до границ дома. С закатом идеальной эпохи приходит эпоха неидеальная, возможно, более человечная, ведь все, доведенное до совершенства, скорее, искусственно. У Бодрийяра есть понятие «идеального преступления». Он говорит о том, что, когда доводишь мир до совершенства, ты его делаешь законченным и не даешь возможности быть другим. Карантин показал, что есть инаковость, что мир, в котором мы жили, хрупок и уязвим. Вспоминается притча о тибетских монахах, пытавшихся справиться с задачей расшифровки всех имен Бога, хотя знали, что вместе с познанием полного списка наступит конец света. Но может быть, и не надо расшифровывать все имена Бога. Пусть сокровенное останется тайным. Возможно, когда нам становится так трудно, что прерывается дыхание, когда сбивается привычный пульс планеты, стоит понять, что мы сможем быть немного Богами, если поймем, что пульс и дыхание всего живого зависят от нас. А Завтра может и не быть, если мы не поймем этого Сегодня.
Главный редактор
Лара Лычагина